Старая интеллигенция

Переход лучшей части старой интеллигенции на сторону Советской власти был знамением времени. Для многих этот переход был делом отнюдь не простым, порой даже мучительным. «К моменту революции я притащил сорокалетний хвост, который сразу не отрежешь. Было у меня много предрассудков, кажущееся благополучие, мертвые традиции, равнодушие к окружающей действительности. Можно было, конечно, поторопиться и перекраситься снаружи в красный цвет. Мне это казалось несолидным. Я стал переделываться изнутри, я стал активным строителем нашей героической жизни»,— делился своими переживаниями народный артист СССР И. М. Москвин.

К сожалению, не все сумели вырваться из цепких объятий прошлого и найти верный ориентир. Кое-кто растерялся, не понял своего народа, эмигрировал.

Пройдут годы. Под влиянием наших побед некоторые осознают свои ошибки, пересмотрят свой жизненный путь. Вернутся писатели А. Н. Толстой и А. И. Куприн, композитор С. С. Прокофьев и скульптор С. Т. Коненков. Возвратится и генерал А. И. Верховский, бывший военный министр Временного правительства, вступит в Красную Армию, станет профессором, видным специалистом.

Ф. И. Шаляпин и С. В. Рахманинов не вернулись. Вдали от родных мест умер и шахматист А. А. Алехин. В чужих краях похоронены писатель И. А. Бунин и химик В. Н. Ипатьев. Почти все они публиковали мемуары, давали интервью журналистам, переписывались с родными и знакомыми. Сколько там невыразимой горечи, тоски по Родине, по народу, который без них построил новую жизнь, поднялся на вершины мировой культуры.

Большая часть старой интеллигенции пошла правильной дорогой, пошла вместе с трудящимися, пошла под знаменем коммунистов.

Даже многие из тех, кто сначала считал народ «невежественной разрушительной силой», постепенно убеждались в обратном. Академик В. М. Бехтерев, известнейший невропатолог, в 1923 году рассказывал: «Еще в 1920 году, после моих публичных выступлений в пользу Советской власти, мне товарищи по науке проходу не давали, считали изменником, предателем. Сейчас же в ученом кругу считается даже странным не признавать огромных успехов и исторической мудрости Октябрьской революции».

Характерен пример с академиком А. Н. Северцовым. Октябрь вызвал у ученого большое смятение, настроение у него было подавленное. Ему казалось, будто его исследования сейчас не ко времени, никому не нужны. Но вот летом 1920 года, находясь в Подольской губернии, ученый получил приглашение прочитать лекцию для красноармейцев. В густо набитом людьми клубе он рассказывал о появлении на земле органической жизни. К его изумлению, зал слушал с огромным интересом.

После этой встречи, вспоминает жена ученого, А. Н. Северцов как-то сразу воспрянул духом; в нем снова пробудилась вера в себя, в то, что и он нужен своему народу. Он увидел, какие огромные усилия, несмотря на продолжавшуюся войну, на голод и разруху, прикладывают у нас партия и правительство к тому, чтобы лучше утолить проснувшуюся в массах рабочих и крестьян потребность все понять и все осмыслить. В творческой деятельности крупного исследователя начался невиданный ранее подъем.