Утверждение народной власти в Москве

Но буржуазия не хотела отдать власть без борьбы. Бежавший из Петрограда премьер Керенский поднял контрреволюционный мятеж, собрал вместе с генералом Красновым несколько воинских частей и двинулся «на усмирение» победивших рабочих и крестьян. Пала Гатчина, захвачено Царское Село...

Навстречу врагу, отстаивать завоевания революции двинулись отряды Красной гвардии, революционных матросов.

30 октября в развернувшемся под Пулковом бою враг был отброшен. Солдаты «армии» Керенского — Краснова прекратили борьбу. Одновременно в самом Петрограде был разгромлен мятеж юнкеров.

Но враги не унимались. Против Советской власти ринулись не только монархисты и кадеты, черносотенные генералы и атаманы. В первых рядах антисоветчиков шли предатели революции — меньшевики и эсеры.

Возглавляемый ими Всероссийский исполнительный комитет железнодорожных служащих (Викжель) потребовал, чтобы в Советское правительство были включены представители мелкобуржуазных партий. Это, по существу, означало бы отказ от того, что завоевали трудящиеся в победном восстании 25 октября. Викжель — а в его руках находился аппарат управления железными дорогами — грозил остановить работу транспорта.

Колеблющиеся, неустойчивые элементы ударились в панику. Каменев, Зиновьев, Рыков, Милютин и другие заявили о необходимости принять требования Викжеля. Получив отпор со стороны


ЦК, они подали в отставку с правительственных и партийных постов.

В таких неимоверно трудных и сложных условиях проходили — нет, не проходили, а неслись подобно урагану — первые дни и недели Советской власти. Один мятеж вспыхивал за другим, заговор следовал за заговором. Продолжалась война с Германией, назревала интервенция.

Несмотря на все сложности и трудности, победа Советов во всех концах страны осуществлялась чрезвычайно быстро. Советская власть прошла из конца в конец страны поистине триумфальным маршем: к марту 1918 года власть рабочих и крестьян утвердилась повсеместно — от западных рубежей страны, где еще тянулись окопы первой мировой войны, до Сибири и Дальнего Востока, от заполярного Мурманска до южной пограничной крепости Кушка.

В ряде пунктов страны власть перешла в руки Советов мирным путем. Контрреволюция, видя подавляющий перевес сил на стороне народа, оказалась вынужденной отдать власть без боя. Так было в большинстве крупных промышленных центров. В Нижнем Новгороде (Горьком), в Самаре, в Уфе, в Ревеле, Витебске, Минске, Владивостоке, Хабаровске, Петропавловске. Петрозаводск и Архангельск на севере, Баку, Ашхабад, Самарканд на юге, города Урала — Екатеринбург (Свердловск), Пермь, Челябинск, центры Сибири — Омск, Новониколаевск (Новосибирск), Томск, Иркутск, Красноярск — один за другим устанавливали Советскую власть.

Но в ряде мест страны контрреволюция оказывала трудящимся ожесточенное сопротивление, развязывала вооруженную борьбу.

Семь дней длилась вооруженная борьба в Москве. В распоряжении контрреволюции здесь оказались значительные силы — хорошо обученные и вооруженные офицеры, юнкера из военных училищ и школ прапорщиков, отряды буржуазной учащейся молодежи.

Контрреволюция в Москве не останавливалась перед крайними средствами борьбы. Захватив утром 28 октября Кремль, юнкера выстроили перед воротами арсенала безоружных солдат революционного 56-го полка. Раздались отрывистые слова команды, и пулеметные очереди начали косить ряды солдат. Это была дикая расправа, наглядно показавшая, на какую жестокость способен классовый враг.

Отчаянное сопротивление врага не испугало московских рабочих. Большевики Москвы успешно мобилизовали силы Красной гвардии и революционных солдат, подняли массы на разгром контрреволюции.

      В манифесте Московского  ВРК,  опубликованном  4 ноября,

говорилось: «Враги народа, поднявшие вооруженную руку против революции, разбиты наголову. Они сдались и обезоружены. Ценою крови мужественных борцов — солдат и рабочих — была достигнута победа. В Москве отныне утверждается народная власть - власть Советов рабочих и солдатских депутатов».